Георгий «Жора» Ордановский, основатель, лидер и фронтмен старейшей и самой лучшей, единственной настоящей рок группы в СССР » Россияне » бесследно исчез где-то в районе поселка Семрино , а спустя положенное время суд Красносельского района признал его официально погибшим.
Прочитав это, погрузился в воспоминания о своей далёкой уже юности , о том как я окончательно стал рокером.
Но начну издалека.
Вплоть до восьмого класса я рос и был совершенно обыкновенным 14-ти летним подростком, особенно ничем не увлекающимся и не сильно чем интересующимся, ну, разве только чтением художественной литературы — даже был записан в районную библиотеку, которая располагалась в ДК им Горького и поездка туда с окраины города (а жил я тогда с родителями на самой что ни на есть окраине нашего большого и славного города — в микрорайоне Ульянка ) превращалась в целое интересное событие.
Фактически выезд в город.
Надо было ехать на автобусе до тогда еще наземной станции метро » Дачное», а потом до «Нарвской».
Спортом ещё увлекался, но не сильно. Лёгкой атлетикой. Пожалуй и всё, что могу припомнить на тот момент.
Восьмой класс я закончил успешно и продолжил обучение в девятом.
И вот за правильно сделанный выбор родители решили меня наградить. Сделать сюрприз. И надо сказать …удалось!
Сколько лет прошло, а помню как сейчас: лето, июнь, окна все открыты, я сижу дома в своей комнате на подоконнике и страдаю какой — то фигнёй, какой может страдать подросток на летних каникулах в городе, а именно — пялюсь на улицу .
Вдруг слышу снизу меня кто-то зовёт. Смотрю, стоит внизу мать, а рядом с ней какая-то коробка. «Спустись вниз» — зовет она — «занеси в дом, а то мне тяжело.
Да не вопрос.
Спускаюсь.
Беру коробку и даже как-то не спрашиваю, что там, типа, да мало ли что мать по хозяйству купила.
Поднялись домой в квартиру и тут она говорит — «Это тебе подарок ибо ты хорошо учился и продолжаешь учится, короче, тебе презент».
Фига се.
Распаковываю, а там…магнитофон !
Вот это да!
Да не абы какой, а самый новый и навороченный по тем временам.
«Маяк 201»!
Красивый, угловатый, с деревянными полированными накладками ( типа, богато ) , четырёхдорожечный, три скорости!
Его потом, спустя много лет, потеряли в недрах мастерской славного областного города Окуловка, куда я его сдал на ремонт, будучи проходя службу в рядах Советской Армии в чине лейтенанта — «пиджака».
Тут надо дать пояснения и сказать, что у нас в классе магнитофоны были всего у двух человек.
Один «Комета» с закруглёнными боками, а другой древний комбайн «Днепро» на ножках, внизу приёмник, вверху магнитофон.
И эти аппараты были не ребят, а родительские и что-бы ими пользоваться надо было спрашивать разрешение и всё такое.
Да, наверное, стоит упомянуть, что родители этих ребят были рабочие и работали на заводах. Но это так к слову, об уровне жизни при СССР.
А тут в моё личное распоряжение был предоставлен один из самых современных аппаратов по тем временам.
Во как !
Надо сказать, пожалуй и о том, что купить его было не просто.
Мать платила сверх цены, а стоил он 200 рублей, ещё 15 рублей продавцу что-бы попридержал, да известил, когда он появится в нашем магазине. Так-то вот.
Фактически из — под полы.
Итак, я стал единственным в классе обладателем крутого магнитофона.
Что дальше?
А дальше надо было доставать достойные записи. Да, именно, доставать ибо времена тогда были суровые, сейчас почти совсем былинные и вот так, что-то там пойти и купить, такое было невозможно.
Однако было лето, школа закрыта, а других мест для общения не было, да и прямо надо сказать — особых каких-то крутых записей у моих школьных знакомых и не водилось, ну Высоцкий, где ничего не разобрать, и так далее.
Словом, лето прошло в освоении магнитофона и во вхождение в тему, тогда страшно запретного рока.
И вот наступило 1 сентября 1974 года и меня ожидал ещё один …сюрприз.
Опять надо сделать небольшое отступление.
Школа, где я учился была с преподаванием французского языка и таких школ в районе оказалось очень мало.
Высоким начальством было принято решение — всех тех, кто решил идти в 9-й класс и изучал французский язык со всего района собрать в нашей школе.
И вот когда мы все встретились в 9-ом «А» классе, то оказалось, что у нас довольно много новых лиц, причём из разных мест.
Группа ребят с «Броневой» ( это три остановки на электричке от нас) и группа ребят и девчонок с «Проспекта Героев» ( это две остановки от нас).
Как потом получилось и в той и в другой группе были люди, которые повлияли на мои увлечения сильно.
Началась новая жизнь.
Теперь у меня присутствовало, наряду с чтением и спортом ещё одно увлечение: рок-музыка.
Я, конечно, знал о существовании оной но, так, краем уха, что-то, где-то слышал, но не фанател сильно, да и слушать было нечего и до той поры, пока не появился «Маяк» и не на чем.
И вдруг оказалось, что почти у всех новых ребят есть магнитофоны, а один из них Сергей Егоров с « Броневой» имеет хоть и «Комету» однако свою и даже какие -то записи, правда в те времена записи записям были рознь.
В основном в ходу были 375 метровые бобины типа 6 с хрен знает какой перезаписью, где ни о каких высоких или низких не приходилось и говорить — сплошной шум и рёв с плохо слышимым вокалом.
Не, конечно, существовали и первые записи и вторые копии и даже легендарные «пласты», но мне почему — то попадались 5-6 копии, видимо по этому меня совершенно не вдохновили гулкие записи «Битлз», какая -то эстрада, думал я.
Совершенно мимо, к сожалению, по той же причине прошли «Шокинг блю» и Сюзи Кватро и « Криденсы», словом, почти ничего не зацепило, да.
Время шло и тут меня вдруг выделил вновь пришедший к нам учитель физкультуры ( до этого были женщины) и предложил сходить посмотреть , что к чему к своему другу- тренеру Школы Олимпийского резерва, которая находилась от нас не очень и далеко.
Сходили.
Короче.
Меня приняли в эту Школу и я стал усиленно тренироваться по лёгкой атлетике: бег на средние дистанции и прыжки в высоту удавались особенно хорошо.
Начались поездки на соревнования и всё такое, а увлечение роком было почти заброшено.
Но, чему бывать, того не миновать.
У меня двумя этажами ниже жил сильно увлечённый роком парень — Сергей Носков, он был старше меня года на 4 и у него был аж целый «Юпитер Стерео» с колонками и главное — у него имеются записанные на 19-й скорости ПЕРВЫЕ записи на ленте «Свема» 10- го типа.
Не совсем помню как я, набравшись храбрости, подошёл к нему познакомиться ( ибо звуки рока то я слышал из квартиры, но разница в 4 года это большое дело по тем временам).
Ну, вообщем, я зашёл к нему и попросил переписать что нибудь почище.
Он не возражал.
Именно тогда он меня сразу поставил на путь истинный сказав — «Пиши сразу на 19 скорости на 525 метров и на 10 — ку.
А у меня уже были тогда несколько штук 525, но там на 9-й скорости была записана какая — то маловразумительная глухая хрень.
И вот ПЕРВАЯ моя хорошая запись это была «Машин Хед» культовой группы «Дип Пурпле»! Думаю дальше можно и не продолжать.
На всю жизнь это стало моей самой любимой группой и пластинкой.
Потом записали «Лед Зеппелин 3», дальше «Свит фанни адамс» и пошло и поехало.
«Концерт в Токио Дип пурпле», концерт «Слейд», «Слейд с пальцами «. Концерт » Юрая Хип «.
Жизнь заиграла новыми красками.
Теперь уже ко мне приходили переписывать, я был включен в число тех у кого есть классные записи.
Я приносил на ТАНЦЫ в школу свой магнитофон и это было круто!
Круг моих знакомств расширился сильно. Я ездил к ребятам с других районов, они ко мне и вот постепенно рок всё больше и больше поглащал моё время.
Но спорт я не бросал, курить не начал благодаря этому и благодаря этому же свою первую бутылку «Кагора» выпил только в конце 9-го класс по весне.
Наравне с роком у меня в 9-ом классе появилось ещё одно увлечение.
В группе ребят из «Броневой» оказался талантливый художник Александр Лаптев, который рисовал в карикатурном стиле и мог схватить суть явления.
Рисовал он постоянно, целыми уроками, учился соответственно плохо, но рисовал очень круто. Он мог за урок нарисовать какую нибудь сценку на злобу дня, а мы потом все смотрели и хохотали.
Мне это его творчество очень нравилось и я стал его поклонником и своего рода «покровителем», а поскольку я был и спортсменом и рокером и «старым», то он, как человек новенький в классе, стал ко мне тянутся, дружить.
«А ты попробуй сам», как-то сказал он мне и дал мастер класс.
Я попробовал — стало получаться.
Заинтересовался.
Нет, на уроках я не рисовал. Я хоть и не был отличником, но к учёбе относился серьёзно, а по истории так и вообще был лучшим учеником ибо читал много.
Как сейчас помню, две мои работы: о первом этапе Великой Отечественной войне и морском сражении у острове Саламин между персами и греками, даже посылали на городской конкурс.
Литература, история, геометрия были любимыми предметами.
А рисовал я дома, приходил, заводил рок и под него рисовал.
Ещё один парень — Дима Кузьмин, увлёкся рисованием по нашему примеру и мы потом образовали редакцию стенгазеты втроем.
Я был главным редактором.
Вот так и летел 74 год прошлого столетия.
У меня были три серьёзных увлечения, причём все они были примерно одинаковы по степени увлечённости: спорт, рисование. И рок. Учёба, это само собой. Ну и чтение.
Подведя итоги можно сказать, что как пел в песне Вилли Токарев — «Интеллигентом я был всё ж на половину», то есть рокером.
Я даже на гитаре не особенно смог научится играть — разучил несколько аккордов и всё.
Да, был у нас на районе подростковый клуб, где были инструменты, но там обосновались наши местные хулиганы с портвейном и нам, прилежным ученикам, туда хода не было, а дома ни у кого ни условий, ни инструментов, да как-то и цели такой не стояло — стать музыкантом.
И вот теперь, о главном, но опять же издалека.
В другой группе ребят с «Проспекта Героев» оказался тоже оригинальный парень — Саша Бахтин, он поначалу не очень вписался в коллектив ибо у них был свой круг, они особняком держались и с нами и «броневыми» не особенно дружили, но класс есть класс.
Одноклассники и всё такое.
И вот вдруг выясняется, что он хорошо играет на гитаре, да не просто на гитаре, а может и на настоящей электрогитаре, и даже вплоть до того, что у них на районе есть клуб, где инструменты, хоть и тоже оккупировали хулиганы-портвейнопийцы, но у него там в главных хулиганах то ли знакомый, то ли вообще чуть не родственник какой — то, десятая вода на киселе, словом он может приходить на репетиции и играть.
Вот это поворот!
Лёд мигом растаял и было решено ехать к нему в гости и по возможности попасть на репетицию и всё такое.
Но как говориться…обещанного три года ждут, на репетицию мы так и не попали, но с Саней я задружился поплотней.
Настал 1975 год, а там и весна и вот уже последние школьные денёчки.
И вот тут вдруг Саня Бахтин говорит примерно следующее — моя старшая сестра с подругой ездят на танцы поблизости, в Александровскую, по субботам.
Да не просто на танцы, а подружились с музыкантами, а музыканты то опять же не простые, а сами »РОССИЯНЕ»!( прямо скажу, мне тогда это во-о-обще ни о чём не говорило, просто ни о чём) и она, говорит, видя, что мы тут все роком увлекаемся приглашает нас всех приезжать на танцы в Александровскую, ну а что — бы сразу показать что к чему, приглашает всем вместе поехать с её подругой.
Не пожалеете, говорит( забегая вперёд, скажу …не пожалеете это вообще не то слово).
Но признаюсь честно, к тому времени я хоть роком и увлекался и даже начал фанатеть, но НИ РАЗУ НИ НА КАКОМ КОНЦЕРТЕ НЕ БЫЛ С УЧАСТИЕМ ПУСТЬ ДАЖЕ ВИА. Повторяю — ни разу, ни на каком. И мы остальные, впрочем, все тоже.
Нет, конечно, мы как ленинградские культурные люди ходили в театр, но вот что-бы живьём увидеть хоть что-то, пусть и отдалённо, напоминающую рок-группу на сцене — такого не было.
И на танцы мы не ходили.
Как-то даже и не знали, что такое существует. Во какие были времена.
Скажи сейчас кому — не поверят ! Были, были времена целомудренные.
Ну, словом, решили что пора уже взрослеть. Да опять же не абы куда едем, а всё же со знакомыми.
Решили ехать.
Я этот день помню очень хорошо.
Танцы начинались в 19-00, проходили в ДК до которого добираться надо было с железнодорожной станции «Проспект Героев» ( сейчас «Ленинский проспект») на электричке.
Электричка отходила в 18-15.
Договорились, что мы зайдём к Сане домой и там уже его сестра с подругой поведут нас до места.
И вот настала суббота.
День был прекрасный. Начало лета. Всё цветёт, красота.
Приехали к Сане в район метро « Проспект Ветеранов», он там жил в пятиэтажных «хрущёвках» ( они до сих пор стоят эти «хрущёвки»).
Позвонили.
Саня пригласил домой . Вышла сестра, как мне тогда показалось, ослепительной красоты девушка — тёмные, длинные, прямые волосы до пояса, чуть восточное лицо, прямой нос, тёмные большие глаза. В офигенно короткой юбке и в боевом макияже. Подруга- светло рыжая и тоже в боевом раскрасе.
Познакомились.
Тронулись.
До станции не очень далеко, но и не то чтобы совсем рядом.
Вот он прибыл, двери распахнулись…а там в тамбуре какие-то странные, явно не советские люди- волосатые парни, некоторые даже в джинсах, девчонки в длинных юбках. В таких и не ходит-то никто у нас на районе.
Уже интересно.
Типа, едут на танцы тоже, догадались мы. Разглядывая тайком странных людей и не заметили как и приехали.
Поезд остановился и на перрон высыпали похожие на наших попутчиков люди.
Все дружно двинулись в обратную от движения поезда сторону.
Мы за ними.
Такой вот колонной прошли вокзал, потом по тропинке, далее перешли шоссе и оказались перед не очень большим сооружением из серого силикатного кирпича.
На крыльце и слева, где был вход толпилась очередь.
«Ну, ребята, дальше вы сами» — сказали наши сопровождающие — вот касса, билет 50 копеек, всё просто».
Встав в довольно длинную очередь, втянулись в крохотный коридорчик, потом в окошко просунули два рубля, получили четыре билета, тут же справа вход с бабкой контролёром.
И вот, пугливо оглядываясь, зашли, в пока ещё пустой холл, где стоял биллиардный стол и повернув на лево, проследовали в зал.
Повторяю, никто из нас ни разу не был на живом концерте, а как выглядит сцена и на ней музыканты мы , конечно видели на мутных фото, но вот живьём — ни разу !
А сцена и зал были во всей красе, это сейчас наверно многим покажется смешно то, что я пишу, но думаю некоторые питерские динозавры-рокеры, поймут о чём я.
Зал не очень большой , но и не крохотный, о таких говорят — уютный.
Окна плотно задрапированы, стены обшиты темными, не удивлюсь, что дубовыми панелями, два входа с фундаментальными, толстенными косяками с занавесями.
Всё такое крепкое, массивное, основательное. Мы зашли с дальнего от сцены входа.
Направо сцена, налево ряды деревянных откидных кресел, составленных у стены. По периметру у стен и у сцены кресла оставлены.
Сцена высокая, примерно мне по грудь, а я 186 см роста, тоже крепкая и основательная.
На сцене стоят плотно: колонки, барабаны, орган «ВЕРМОНА», всё это уже освещено двумя прожекторами. Тона приглушённые, красно -коричневые.
Музыкантов на сцене нет, пока пусто.
Я уселся в конце зала и когда наконец — то, чуть дрожь улеглась и когда я окинул всю эту картину взглядом художника и рокера понял: вот оно!
Всё настолько красиво, хорошо и правильно, что даже если сейчас ничего не состоится, то я уже счастлив что такое увидел , а время и деньги потрачены не зря. Всё остальное — бонус.
Как я ошибался!
Ровно в 19-00 на сцену вышли музыканты.
Вы смотрели мультсериал «Бивис и Батхед»? Ту серию, когда Бивис и Батхед после всех страданий и разговорах о тёлках, проникли таки на пляж нудистов и голая тёлка, стоя перед ними, объясняет им где раздевалка?
Вот то же самое было со мной, когда я живьём увидел какие люди вышли на сцену.
Фактурные, бородато-усатые, длинноволосые, кто в джинсах, кто не пойми в чём, а один во-о-обще, чёрноволосый и страшно волосатый, в безрукавке на голое тело!
» Россияне» на сцене в Александровской.
Да что это такое, да как их милиция не винтит, да у нас не может просто быть таких …не м-о-жет!
Примерно такие мысли у меня пронеслись в голове и тут они….грянули!!!!!
Как опять же говаривал Батхед — «Даже слов таких нет, чтобы выразить, какое это дерьмо!» — когда ему что — то не нравилось, а не нравились им с Бивесом очень » Битлз» .
Так и мне — даже слов таких нет, что бы выразить то, что я испытал, когда после органного вступления, похожего на концертное вступление «Спейс тракинг» Дип пурпле» врезали все «Россияне», жесточайшим роковым риффом!
Повторяю, ещё раз, до этого я не только не видел рок-группу на сцене, но я не слышал по настоящему громкой музыки с плотным басовым звуком.
Времена такие были, что колонок, сабуферов и так далее, просто ни у кого не было, не, ну были, но только не у нас.
Меня просто вдавило в кресло, челюсть была давно отвисшая, с самого начала появления на сцене музыкантов, глаза на лбу, весь остекленел, зрение приобрело необыкновенную ясность и в то же время от обилия информации я ничего не видел!
Кто подумал недоброе — сразу выкиньте из головы, мы даже тогда ничего не пили, а уж обо всём остальном и не догадывались, а я ещё и не курил .
Причём, когда играла первая инструментальная композиция, хотя люди и были в зале, никто не танцевал и получилось, что я сижу в зале и всё вижу что на сцене — никто не загораживает.
Инструментал отыграл и музыканты грянули композицию «Боги», а вдобавок ко всему коллективу, на сцене появился живописный солист в белой рубахе и волосато-светлый, типа Планта и я впервые услышал рок-вокал на русском языке и чётко понимал слова — «Видно не знали Боги, как горячи дороги!».
Вот тут у меня больше нет слов, возможно Достоевский или Толстой смогли бы описать ощущения, но мне слабо!
Я вскочил на ноги и чуть не упал, ноги какие -то ватные!
Опять сел, стал теребить за руку Саню…не… ты видишь!? Не… ты слышишь! Не… ну это!..это!…опять вскочил, опять сел.
Шок, который я испытал от всего увиденного и услышанного я не забуду никогда в жизни, как первую женщину, первую машину.
Постепенно танцы набирали обороты. Кто-то уже плясал в середине, по стенам не оставалось свободных мест, народ прибывал.
Вслед за » Богами» сразу же заиграли » Карусель» — лучшая русская хард — роковая композиция того времени в исполнении настоящей рок — группы !
Когда закончилось первое отделение, я вышел на улицу, меня качало ,натурально как пьяного, и я был абсолютно счастлив!
Ещё два раза в жизни я испытывал подобное чувство будучи совершенно трезвым: один раз от спорта и один раз от денег во времена 90- х. Может ещё будет, но вряд ли. Это сейчас я знаю кого и что я увидел тогда а именно: я увидел Кроля — бородатого и усатого в узких джинсах « ЛИ» на басу, я увидел на переднем плане усатого аки Джон Лорд, Блинова за барабанами, я увидел страшно волосатого и харизматичного Жору в жилетке на голое тело и с чёрной гитарой « Музима» , с тремя большими звукоснимателями, я увидел ещё более страшно волосатого ( тогда показалось, что волосы до пояса) Азарова, в какой-то хипповской хламиде на клавишных, которого почти сразу сменил Алик Гусев в полосатых красно-белых расклешённых брюках, весь такой худой и постоянно терзающий «Вермону». Я увидел солиста, но не знаю, кто это был.
» Россияне» золотого состава.
А в целом, я впервые, сразу, увидел и услышал в комфортной обстановке лучшую рок — группу СССР того периода.
Мне просто о-о-чень повезло!
Мы всей компанией простояли у стены, слушая дальнейший репертуар, молча вернулись на электричке, которая уходит после окончания последнего отделения в 10-40, хотя, как потом выяснилось, довольно сильно рисковали ибо надо было уезжать на предыдущей и уходить с середины третьего отделения, так как после окончания танцев местная шпана на платформе любила погонять «городских», но это уже всё выяснилось потом.
А сейчас я ехал и смотря в окно на июньскую, ещё не в полную мощь вступившую белую ночь, понимал что я изменился.
Я НА ВСЕГДА СТАЛ РОКЕРОМ!
Как говаривал режиссёр в фильме «День выборов» — « Нужен удар, а потом…катарсис.»
Удар я получил и катарсис был.
Всё лето я почти каждые выходные, когда с друзьями, когда один ездил в Александровскую, я уже знал, что не следует жадничать и когда при входе, местные хулиганы, у тебя попросят 20 копеек- надо отдать, зато можно будет спокойно дослушать до конца весь концерт и на последней электричке ехать домой…тебя не тронут.
Это потом был портвейн перед танцами и пьяный кураж, который как правило кончался или драпом от местных по окрестным лесам или дракой с ними, это потом было бегство от «Васьки Цыгана» и его банды с запрыгиванием в автобус, который ехал в Пушкин с жалившимся на нами водителем, открывшим на ходу дверь.
Это уже после были танцы в Карташевской и бессилие что-то сделать, когда огромный бульдозерообразный местный бугай под предлогом пригласить на танец, тискал хрупких хиппующих девиц, это уже потом было, когда я вместе с Жорой, тащили усилитель со станции Стрельна и всё нутро усилителя выпало на асфальт и лампы разбились.
Уже потом были и первый концерт в Рок-клубе, и выдёргивание моего приятеля в милицию во время концерта в Летнем театре ЦПКиО, когда со сцены свинтили какого-то чувака выбежавшего туда, это потом уже был и ЛДМ, и Птицефабрика в Русско-Высоцком, куда не попали, нажравшись портвейна, где-то по дороге…много чего было.
Но первого концерта я не забуду никогда!
Хотя я и стал рокером, но ни учёбу, ни спорт я не забрасывал и так же по прежнему любил рисовать.
Именно по мотивам моего рокерского лета я нарисовал эту картинку.
Конечно это не «Россияне».
Это вообще конкретно никто, это собирательной образ того бесшабашного, веселого, удалого искреннего времени, дух которого, я надеюсь мне удалось «схватить».
Напоминаю, речь идёт о 1975 г.
Тогда дух был такой, как на моей картине.
Таких рисунков было много, но все утерялись, да и этот я нашёл совершенно случайно, считая его, да и всё творчество того периода утраченным навсегда.
Совершенно случайно этот рисунок попался на глаза одному маститому художнику и музыканту из того же времени Руслану Латушко, который сказал примерно следующее : - «Здесь есть дух эпохи, есть энергия, драйв. Если бы ты попробовал всё это выразить на холсте и в красках было бы весьма недурно, что-то вроде кавера, но с новым звуком.»
Я попробовал.
Всё то время что «пробовал» — катался по волнам моей памяти, что уже совсем неплохо, слушал музыку того времени - «Россиян».
Не знаю. Мне трудно судить, но вроде получилось.
О Ордановском.
Конечно, не в нем одном дело, но поскольку именно он был лидером и «лицом» группы «Россияне» , то вроде он как фокус.
